Сомнительная полночь - Страница 158

158

Маркхэм удивился:

— Мы вообще-то не считали ее примитивной, но сейчас я готов признать семейную жизнь старомодной. Я думаю, вы выращиваете детей в пробирках?

— Едва ли это так, сэр. Но человечество больше не придерживается нездоровых отношений типа родители-ребенок. Человечество достигло психосоматической свободы в созидательном искусстве. Кстати, какой ваш любимый вид искусства?

— У меня на это не было времени, — ответил Маркхэм. — Я должен был зарабатывать себе на жизнь.

Андроид бросил пристальный, лукавый взгляд на камеру.

— Дорогие люди, — проговорил он. — Не думайте, что Спасенный хочет шокировать нас. Как это ни отвратительно, но люди действительно отдавали большую часть времени работе.

— И многие из нас, — добавил Маркхэм, — любили работать… А сейчас, если я не ошибаюсь, работа стала непристойным занятием?

— Человечество было освобождено от этого, — внушительно произнес андроид. — Работа стала делом роботов и андроидов, а люди вольны теперь в поиске совершенной жизни… вот мы и подошли к следующему вопросу, сэр. Правда ли, что в ваше время мужчина после свадьбы спал только со своей женой и наоборот?

Камера повернулась к Маркхэму, на лице которого появилось легкое удивление.

— Мы считали это идеальным вариантом, — осторожно сказал он. — Большинство людей полагало, что счастье в браке зависит от верности супругов.

— Но были исключения?

— Да.

— Вы относитесь к ним?

— Нет.

Андроид рассмеялся с некоторым презрением:

— Значит, вы действительно верите в постоянную любовь, мистер Маркхэм. Чрезвычайно странно.

— Может быть, — согласился Маркхэм раздраженно, — в мире проституток и альфонсов.

Андроид повернулся к камере с восхищенной улыбкой.

— Друзья, — произнес он театральным шепотом. — Можете вы поверить в это? Наш Спасенный — настоящий сексуальный варвар.

Маркхэм неожиданно разозлился:

— К тому же я носился с каменной дубиной и бил себя в грудь в брачный сезон… Вы хотели бы узнать что-нибудь еще?

— Конечно, — сказал андроид. — Что вы собираетесь делать теперь, когда настала пора покидать санаторий?

— Мне хотелось бы узнать, что это за мир, в который я вхожу, но, думаю, для начала мне надо чем-нибудь заняться, чтобы заработать деньги.

— Нет, сэр. Ваше имя будет занесено в Мужской Индекс, и вы будете получать Республиканскую основную пенсию — пять тысяч фунтов в год, которая не будет снижена, если только вы случайно не оплодотворите больше одной женщины за пятилетний период.

— Боже мой! — Шок быстро перешел в легкую истерику. — А что будет, если я оплодотворю полдюжины?

Камера повернулась к андроиду, лицо которого стало серьезным.

— Такое поведение, — медленно произнес он, — рассматривается как сумасшествие. Обычным лечением является длительное погружение в условно живое состояние. Создание новой жизни, мистер Маркхэм, нельзя предпринимать с такой легкостью. В ваше время, несомненно, это не считалось важным. Вероятно, это одна из причин, почему ваша цивилизация была разрушена войной.

— Я думаю, — осторожно сказал Маркхэм, — мне необходимо многое еще узнать 6 двадцать втором веке.

— Да, действительно! — Хмурое выражение на лице андроида сменилось искренней улыбкой. — А теперь, поскольку у нас осталось около минуты, может быть, в заключение нашей интересной беседы вы скажете несколько слов всем нашим дорогим людям.

Хотя камера и не повернулась, Маркхэм был уверен, что происходит перефокусировка. Он бросил быстрый взгляд на Марион-А, потом посмотрел прямо в камеру и прочистил горло.

— Для меня, — сказал он неуверенно, — двадцатый век реален, как если бы он существовал несколько дней назад. Вы должны помнить, что я принадлежу времени, когда население этого острова составляло миллионы, а не тысячи; времени, когда мужчины работали, брак был прочным, а желание иметь детей не считалось сумасшествием. Помня об этом, вы поймете, насколько мне трудно привыкнуть к новому миру, в котором, мне кажется, многие старые критерии неприемлемы. Но я постараюсь побыстрее привыкнуть к жизни двадцать второго века, и, если я буду виноват в каких-либо общественных прегрешениях, возможно, вы проявите ко мне снисходительность… Спасибо за внимание и всего вам доброго.

Андроид быстренько закончил передачу:

— Это был мистер Маркхэм, Спасенный — личность недели, Персона-Парад. Теперь мы с вами переключимся на Шотландию, и мой коллега спросит Лэйрда о его впечатлениях от последней кампании в горной Шотландии… Итак, дорогие люди, переключаемся на Нью-Глазго.

Андроид коснулся дистанционного управления:

— Теперь мы отключились, сэр, и я прошу вас принять мои извинения за фамильярность, которую я позволил себе только в интересах интервью. Я думаю, вы поймете, что…

— Не беспокойтесь, — сказал Маркхэм с иронией. — Все кости целы. Ради дорогих людей ничего не жалко.

— Совершенно верно, — сказал андроид, лицо его опять было бесстрастным. — Спасибо за сотрудничество, сэр.

Он разобрал треножник и уложил камеру в футляр.

Пока он находился в квартире, Маркхэм сохранял спокойное безразличие, но, как только дверь за андроидом закрылась, он начал нервно вышагивать по комнате. Марион-А смотрела на него и молчала. Наконец он сунул руку в карман, вытащил зажигалку и уставился на нее:

— Черт, ни одной сигареты! Я не курил с… с тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года. Кто-нибудь курит в этом идиотском «бравом новом мире»?

158